fbpx

В книге “Мотивация и личность”, вышедшей в 1954 г, перечислялись по меньшей мере 12 групп свидетельств в пользу теории базовых потребностей. В последующем Маслоу продолжал добавлять новые свидетельства.

Первым и главным основанием для выдвижения новой достаточно полной теории мотивации была неспособность более ранних теорий решить человеческие проблемы или объяснить все известные факты. Как отмечал Маслоу: “Психиатры, психоаналитики, социальные работники, клинические психологи и все другие клиницисты почти не использовали бихевиористскую теорию. Они упрямо пользовались принципом отдельных случаев, чтобы строить практически полезную структуру на неадекватной теоретической основе. Они стремились быть практиками, а не теоретиками”. Так, например, бихевиористы считали, что потребность в любви является приобретенной, а не врожденной, иными словами, что ей научаются. Как пишет Маслоу: “…В опыте почти нет подтверждений этому… Мне не известен ни один эксперимент, который показал бы истинность такого предположения для потребностей в любви, безопасности, зависимости, уважении, понимании и т.п.”.

В ряде клинических экспериментов У.Голдфарб и др. показали, что у детей, воспитывающихся вне семьи, обнаруживаются психопатологические симптомы, когда их не любят, даже если все физиологические потребности достаточно хорошо удовлетворяются. “Впечатляет тот факт, — пишет Маслоу, — что почти каждая школа психиатрии, психоанализа, клинической психологии, социальной работы или детской терапии вынуждена была постулировать какую-либо доктрину касающуюся инстинкта или инстинктоподобных потребностей, как бы эти школы ни расходились по любым другим вопросам.”

Известный антрополог Эшли Монтегю указывает: “Ныне имеется достаточно свидетельств, убеждающих в том, что младенец не только хочет быть любимым, но также хочет любить, все его влечения направлены на то, чтобы получать и давать любовь, а если он не получает любви, то не может и дать ее — ни ребенком, ни взрослым”. […]

Д.М.Леви показал в своих исследованиях, что без любви и нежности ребенок не может развиться в зрелого взрослого человека. Леви изучал семьи здоровых людей и невротиков и обнаружил, что здоровые взрослые могли в раннем возрасте удовлетворять свои базовые потребности.

Антропология, где ранее господствовала бихевиористская теория, дала в последние годы важные свидетельства в пользу утверждения Маслоу о том, что “конечные желания всех людей не различаются так сильно, как их осознанные повседневные желания”. Это справедливо безотносительно к расе или культуре. “В антропологии, — говорит он, — первые признаки неудовлетворенности культурным релятивизмом появились у полевых исследователей, почувствовавших, что он предполагает более глубокие и непримиримые различия между людьми, чем те, которые существуют в действительности.”

“Золотую россыпь” данных в пользу своей теории базовых потребностей Маслоу обнаружил в клинической практике — своей собственной и сотен других психотерапевтов. Его опыт убедительно свидетельствовал о том, что индивиды, удовлетворяющие свои базовые потребности, здоровее и счастливее других, а их деятельность эффективнее: те же, чьи базовые потребности фрустрированы, обнаруживают психопатологические симптомы. Фрустрация несущественных желаний — тех, которые явно не принадлежат к базовым потребностям, — не приводит к болезненным симптомам, хотя, согласно бихевиористской теории, к ним должны приводить помехи удовлетворения любых потребностей. Психотерапевты, стремящиеся раскрыть подлинное Я индивида (например, Карл Роджерс, Эрих Фромм, Карен Хорни), обнаруживают, что их методы усиливают любовь, смелость и творчество и уменьшают страх и враждебность. Следовательно, упомянутые положительные качества должны быть внутренне присущи индивиду: иначе откуда бы они взялись? Как говорит Карл Роджерс: “Чем глубже я проникаю в себя как индивид, тем больше общего обнаруживаю с другими индивидами”. […] А К.Хорни рассуждает так: если снижение тревожности делает пациента более благожелательным и менее враждебным, не означает ли это, что благожелательность относится к базовым свойствам человеческой природы, а враждебность — не относится?

Все это можно подытожить, констатировав, что фрустрация базовых потребностей вызывает психопатологические симптомы, а их удовлетворение приводит к становлению психологически и биологически здоровых личностей. Изучение самоактуализирующихся людей вновь и вновь подтверждает, что такие люди, к какой бы культуре они ни принадлежали, ценят одно и то же. […]

Когда Маслоу, в его студенческие годы, воспитывали как бихевиориста, его учили, что у людей есть познавательные способности, но не упоминали о познавательных потребностях. Однако исследование, проведенное одним из обучавших его профессоров — Э.Л.Торндайком, привело Маслоу к мысли, что люди обладают не только способностью знать, но и потребностью в знании. Торндайк, совместно с несколькими коллегами, изучал группу детей с очень высоким коэффициентом интеллекта — свыше 180. Исследователи обнаружили, что все дети в этой группе обладали ненасытной любознательностью, не нуждавшейся в подкреплении, но проявлявшей себя как мощное влечение, подобное голоду.

Г.Харлоу и его ученики провели серию экспериментов с обезьянами. Было обнаружено, что те затрачивают большие усилия на решение головоломок, даже если не ожидается какого-либо вознаграждения. Единственное возможное объяснение состояло, по-видимому, в том, что обезьяны обладают врожденной любознательностью и получают удовлетворение от решения головоломок.

Как отмечает Маслоу, присущую представителям человеческого рода тенденцию к тому, что мы называем теперь психологическим ростом и самоактуализацией, наблюдали и описали “…мыслители столь различные, как Аристотель и Бергсон, и многие другие философы. Среди психиатров, психоаналитиков и психологов эту тенденцию признают необходимой К.Гольдштейн, О.Ранк, К.Юнг, К.Хорни, Э.Фромм, Р.Мэй и К.Роджерс”.

Маслоу было известно, что, в частности, восточная философия подтверждает его точку зрения и что Аристотель много написал о “хорошей жизни”. “Мы можем соглашаться с Аристотелем, — говорит Маслоу, — когда он называет хорошей жизнь, находящуюся в согласии с подлинной природой человека. Но мы должны добавить, что он просто не знал достаточно об этой природе. Тот, кто ограничивается поверхностным наблюдением за людьми (а только оно было доступно Аристотелю), приходит к статическому представлению о человеческой природе.” В качестве примера Маслоу указывал на то, что Аристотель полностью принимал факт рабства и совершал фатальную ошибку, полагая, что раз человек — раб, то его сущностная природа — рабская, а значит, для него хорошо быть рабом.